Банкноты

Ассигнации начала XIX века. Часть 3.

Ассигнационный банк Российской Империи, основанный в 1768 году для выпуска и распространения бумажных денег, с конца XVIII века приобрел монопольные западноевропейские черты. Через создаваемые с 1797-го учетные конторы он кредитовал купечество. В течение непродолжительного времени от его имени даже чеканили металлические дензнаки. Во владения банка входили медеплавильные и железоделательные заводы. Однако, к 1818 году все эти привилегии были уничтожены. Монетный двор был закрыт в 1805-ом, а учетные конторы присоединены к Государственному коммерческому банку, учрежденному в 1817.

В дальнейшем в банке, как и при его основании, сосредоточились лишь вопросы, связанные с обращением ассигнаций. На заседании Совета государственных кредитных установлений, открывшемся 22 февраля 1818 года, подчеркивалось, что денежные ресурсы этого учреждения подразделяются на «променную» и «запасную» суммы. Первая именовалась «капиталом» и предназначалась для размена ветхих ассигнаций. Ее определили в 6 млн рублей и разделили частями между Санкт-Петербургом, Москвой и променными конторами. Запасная сумма была предназначена для пополнения этого «капитала». Кроме того, денежные средства из нее отсылались в государственные учреждения взамен получаемых от них ветхих купюр.

Здание Ассигнационного банка в Петербурге на Садовой улице (гравюра Б. Патерсена, 1807):

С учреждением в 1810 году Экспедиции по заготовлению государственных бумаг, в ней сосредоточился выпуск бумажных дензнаков. Далее они поступали в отдел приема и ревизии, а после этого подписывались. Только после этой долгой процедуры они попадали в Ассигнационный банк, откуда распространялись по разным организациям и частным лицам, а также обменивались на изношенные.

Поскольку Министерство финансов располагало только приблизительными данными о сумме обращающихся среди населения купюр, следовало уточнить их количество. С другой стороны, было необходимо защитить бумажные дензнаки от многочисленных подделок, в том числе высокого качества, которые наводнили Россию в 1812 году и были известны под названием наполеоновских. Они отличались от подлинных лишь двумя малозаметными орфографическими ошибками (в словах «ходячею» и «государственной») и типографскими факсимиле подписей, в то время как настоящие подписи были чернильными и написанными от руки.

Поддельные экземпляры известны в двух номиналах: 25 и 50 рублей. Распространено мнение, что они печатались на специально изготовленных станках, один из которых был установлен французами на Преображенском старообрядческом кладбище у Москвы. Впрочем, изготавливать фальшивые знаки начали ещё в 1810 году — сначала в предместье Парижа Монруже, затем в Дрездене и Варшаве.

Поддельные купюры предназначались прежде всего для расплаты за фураж и продовольствие, товары и услуги на оккупированных областях. Подобную тактику Наполеон использовал в Австрии ещё в 1800-е годы. Достоверно известно, что в 1813-1819 годах наполеоновских фальшивок было изъято на сумму 5,6 млн рублей. Таким образом, общий объем таких подделок составлял менее 1% всех циркулировавших в то время бумажных денег (в 1818 году — 798 млн руб.) и не мог значительно подстегнуть инфляцию и расстроить денежное хозяйство огромной империи.

Главная причина инфляции заключалась в покрытии военных расходов. В условиях, когда кредитные рынки Европы были закрыты для России, выпуск банкнот оставался для министра финансов чуть ли не основным средством финансирования войны. В 1815 году, когда русская армия стояла в Париже, курс банкнот упал до небывало низкой величины за всю свою историю. За синие 5 рублей давали лишь один «целковый».

Примечательно, что с продвижением русской армии в Европу в 1813-1815 гг. для обслуживания квартировавших войск стали организовываться «променные конторы» Ассигнационного банка. Распоряжение об их организации было дано Кутузову 13 января 1813 года. В нем указывалось, что русские войска должны расплачиваться с населением Польши и немецких государств, через которые они проходили во время похода на Париж, российскими ассигнациями. Для их обмена на звонкую монету были учреждены променные конторы в Варшаве, Берлине, Бромберге, Калише, Кенигсберге и Франкфурте-на-Майне. Взамен бумажных денег они выдавали квитанции, по которым должны были производиться платежи в Гродно, Вильно, Варшаве и Петербурге.

К сожалению, об этих конторах известно крайне мало. Есть сведения, что в 1813 году в одной из них (берлинской) работал Иван Иванович Ламанский, в будущем сенатор и директор Особенной канцелярии по кредитной части, отец известного экономиста и банкира Евгения Ивановича Ламанского.

Впрочем, русские офицеры не всегда расплачивались даже такими суррогатами. Известно, что граф Михаил Семенович Воронцов, в будущем кавказский наместник, заплатил более 1,5 млн рублей ассигнациями за офицеров оккупационного корпуса, которым он командовал в Мобеже. По признанию современника, это несколько расстроило его большое состояние, которое он вскоре приумножил благодаря выгодной женитьбе.

В 1819-м в рамках проводимых Гурьевым преобразований были введены новые образцы бумажных денег Российской Империи, более трудные к подделке. Их образцы Александром I были утверждены 14 февраля и 4 июля того же года. Они отличались от предыдущих усложненным графическим оформлением. На них впервые было помещено изображение государственного герба — двуглавого орла. При этом каждый номинал имели свой, отличный от других, водяной знак. Если рассматривать их на просвет, то можно было отчетливо увидеть текст, выполненный как «темными», так и «светлыми» буквами.

Эти деньги стали третьим и последним типом ассигнаций, которые циркулировали в обращении в первой четверти позапрошлого века. На них подлежали обмену банкноты прежних выпусков (образца 1786 года). К 1820-му было обменено, таким образом, старых бумаг более чем на 632 млн рублей. К 1 января 1824 их количество в обращении было окончательно определено в сумме почти 596 млн рублей.

По инициативе Гурьева был введен закон о прекращении дальнейшего выпуска ассигнаций, но их биржевой статус все равно повысился крайне незначительно. В последний год царствования Александра I среднегодовой курс бумажного рубля на Петербургской бирже составлял 26,4 копейки. В сравнении с 1801 годом (71,7 коп.) это означало усиление его инфляции почти в три раза, что стало своеобразным итогом александровского царствования. Расстроенное бумажно-денежное обращение великой Русской Империи, победившей Наполеона, не могло удовлетворить вступившего на престол Николая I, который в числе основных задач своего царствования поставит улучшение данной ситуации.

*По материалам к.и.н. А. Бугрова («Родина»).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *