Прочее

Денежный двор Пскова во 2-ой половине XVI века

В конце 50-х годов XVI века на Псковском денежном дворе наступил период расцвета. Причиной тому стало использование города в качестве базы для развертывания военных действий русских войск в Прибалтике на протяжении первой половины Ливонской войны. Виднейшие государственные деятели часто приезжали в Псков, который активно отстраивался и укреплялся. Прямым следствием было оживление торговой деятельности в городе и соответственно приток сырья на денежный двор.

После присоединения к России Нарвы и Дерпта, а также возвращения Полоцка купечество получило свободный выход на европейские рынки. Псков как крупнейший торговый центр на западных границах России должен был богатеть. Городской денежный двор ответил на рост торговли так же, как и Новгородский, — значительным возрастанием объема продукции. Вероятно, расцвет конца 60-70-х годов сопровождался чеканом копейки Ивана Грозного.

Денежный двор Пскова во 2-ой половине XVI века

Впрочем, размах деятельности Псковского двора по сравнению с Новгородским был довольно скромен. Свидетельством тому было и меньшее количество вновь приготовленных маточников, и то, что практиковалось использование старых, лишь слегка исправленных штампов.

В конце Ливонской войны король польский и великий князь литовский Стефан Баторий начал осаду Пскова, продолжавшуюся с августа 1581 года до февраля 1582-го. В тот период денежный двор или не работал совсем или выпускал крайне ничтожное количество продукции. В окруженном врагами городе отсутствовало сырье для чеканки монет. К чеканке в прежнем режиме начали возвращаться только после окончания войны. Потерпев неудачу под стенами Пскова, Баторий начал переговоры с Иваном IV. В результате был подписан Ям-Запольский мирный договор сроком на 10 лет.

О деятельности Псковского денежного двора при Иване Грозном источники не упоминают, но городская писцовая книга 1585— 1587 годов содержит довольно подробное описание учреждения. Оно находилось «надо рвом, промеж Трупеховских и Петровских ворот».

Двор состоял из нескольких помещений, обнесенных забором. В двух избах делали «мастеры денги», в одной из них сидели еще в отдельной комнате приказчик «с товарищи» — администрация. В сарае, где находились четыре каменные печи, тянули серебро, то есть изготавливали проволоку, из которой чеканили монеты.

В другом сарае было пять печей для плавки серебра, а в постройке по соседству делали «гнезда», то есть готовили слитки для волоченья. Посреди двора стоял погреб дворников, а у ворот — два колодца.

Общий размер территории составлял 24 сажени в длину и 23 сажени «поперег». Рядом жили дворники. Писцовая книга называет их имена и сообщает о размере зарплаты, которую они получали. Это были Мамонко Денисьев, «сын извощика», и Кондрашко Федоров, а жалованья они получали по рублю на человека в год. Приказчиками в 1585—1587 гг. были Михайло Иванов, сын Дедков, «с товарищи». Денежными мастерами, «что серебро делают», названы Таврило Матвеев и Остафий Иванов, сын Кладов. Первый жил на Полонище у Нового Вознесенья в монастыре, второй — в Завеличье, в дворцовой деревне у Крестов.

Писцовая книга дает представление не только о размерах Псковского двора и характере его построек, но и об организации денежного дела. Учреждение было небольшим, невелик был и его штат. Названы только главные работники — два денежных мастера — и упоминаются дворники (в данном случае они выступают как лица, ответственные за состояние дел). Подсобные люди и кузнецы в книгах не фигурируют.

Ничего не говорится и о наличии «головы». Умолчание объясняется скорее всего тем обстоятельством, что на территории двора для этой персоны, в отличие от приказчиков, не было выделено специального помещения.

О небольших масштабах производства говорит и его сравнение с Новгородом, где спустя всего 20 неполных лет после 1585 года работало около десяти денежных мастеров.

Продукцию Псковского денежного двора составляли копейки и, вероятно, полушки — эти же монеты чеканили и в Новгороде.