Прочее

Рудники Цильмы — медь Ивана III

В 1490 году царь Иван III обратился к главе Священной Римской империи Максимилиану I с просьбой прислать специалистов по поиску и выплавке медных руд. Европейский правитель согласился. В марте 1491 года первая русская правительственная геологоразведочная экспедиция направилась из Москвы на поиски меди в бассейн реки Печоры. В экспедицию входили два присланные немца и русские «Ондрюшка Петров, да Василий Иванов сын Болтина».

Та же история зафиксирована в «Хронологических выписках» Карла Маркса: «1491. Два немецких болвана (Rindvicher), Иоганн и Виктор, открыли, что поблизости от Печоры (Архангельская губерния) имеются медные залежи». В наше время 1491 год принято считать началом горно-металлургического промысла в Московском государстве.

Согласно «Подорожнику» XVI века экспедиция проследовала сначала по Северной Двине, а затем вверх по течению ее притока Вычегды и речкам Выми и Тетере. Далее лодки волоком перетаскивали на Ухту, по которой плыли до Ижмы и по ней уже доходили до Печоры. В одном из древних актов имеется сообщение, что медная руда была найдена на реке Цильме, не доходя до Космы «за пол днища» и случилось это «в лето 6999 (от «сотворения мира», что соответствует 1491 году) месяца августа в восьмой день», а от Москвы до тех мест «пол четыре тысячи верст».

В октябре 1491 года экспедиция уже вернулась в столицу с докладом. На обратный путь, более легкий, было затрачено около 10 недель. Поисковыми работами экспедиция занималась всего около двух месяцев. Очевидно, что выбор района для исследований и успех рудознатцев за такой короткий срок объясняются тем, что они изначально располагали информацией о наличии в том районе медных руд. Возможно, экспедиции помогали местные жители или месторождение было обнаружено по следам «чудских» выработок.

У Николая Михайловича Карамзина в «Истории государства Российского» написано, что в 1492 году Иван III послал «Мануила Илаирева сына Грека, да с ним детей боярских Василия Болтина, да Ивана Брюха-Коробьина, да Ондрюшку Петрова с мастеры из Италии серебра делать и меди на реке Цильме, а рабочие с ними, чтобы руду копать с Устюга 60 человек, с Двины — 100, с Пинеги — 80, а пермич, вымич, вычегжан и усолич — 100». Это была уже вторая по счету экспедиция, в ее составе насчитывалось около 350 участников. На Цильме заложили медные рудники и поставили плавильные печи.

Руда была обнаружена в верхнедевонских отложениях в виде песчаника зеленовато-серого цвета. Среднее содержание меди составляло 3,2%. Тот район неоднократно обследовался и в более позднее время. Исследователь Ф.Д. Бублейников считал, что разработки производились на площади около 1 кв. км из неглубоких горизонтальных выработок. Когда и почему там прекратилась добыча медной руды, начатая в конце XV века, установить документально не удалось. Можно лишь предположить, что разработка месторождения ограничилась раскопкой наиболее богатых участков.

Интерес к медным рудникам Цильме неоднократно проявлялся и впоследствии, вплоть до второй половины XVI века. Косвенно с этими месторождениями, возможно, связано приглашение Иваном Грозным в 1547 году двух рудознатцев из Саксонии, а также упоминание о русской меди послом Осипом Непеей во время переговоров в Англии (1566). Сохранились также сведения о какой-то работе в России в XVI веке шведских рудокопов.

Однако небольшие месторождения Цильмы не могли удовлетворить быстро возраставшие нужды Московского государства в меди, приобретавшей все большее значение в военном деле как пушечный металл.

В начале XVII века в правление царя Михаила Федоровича была организована новая экспедиция по поискам медных руд на севере и в Приуралье. Один из участников экспедиции — Яков Литвинов — обнаружил медную руду на горе Григоровой на реке Каме, сообщив в 1619 году, что добыча меди там возможна после спада талых вод. Вскоре вышел царский указ, предписывающий всей экспедиции посетить Цильму и «где руды объявятся, копать во многих местах и промышлять над нею с великим радением». У правительства, однако, не было большой уверенности в возможности восстановления добычи меди в данном регионе. В том же указе предполагалось изменение маршрута экспедиции, если поиски руды в этом районе окажутся бесперспективными.

Медь на Цильме продолжали искать и позднее. Промышленник и инженер Петр Марселис обращался с челобитной к царю Алексею Михайловичу, прося о разрешении на разработку месторождения. Он писал: «В прошлом 1644 году сын мой Леонтий нашел и привез к Москве с Цильмы-реки один пуд медной руды. Нашли на пустом месте, от жилья три дня ходу. Много ль в тех местах руды, про это неведомо, потому что в земле сокрыто». И только через 34 года после прошения Марселис получил царское «пожалование на рудокопные дела и заводы» по рекам Цильме и Ижме, но серьезного развития это предприятие не получило.